Лев убирал за завтраком ягненка; а собачонка. Вертясь вкруг царского стола, у льва из-под когтей кусочек урвала; И царь зверей то снес, не огорчась нимало: она глупа еще и молода была. Увидя то, на мысли Волку вспало, что Лев, конечно, не силен, коль так смирен: И лапу протянул к ягненку также он. Ан вышло с волком худо: он сам ко Льву на блюдо. Лев растерзал его, примолвя так: «Дружок, напрасно, смотря на собачку, Ты вздумал, что тебе я также дам подачку: Она еще глупа, а ты уж не щенок!»
Из стада серый Волк в лес овцу затащил, в укромный уголок, Уж разумеется не в гости: овечку бедную обжора ободрал, И так её он убирал, что на зубах хрустели кости. Но как не жаден был, а съесть всего не мог; Оставил к ужину запас и подле лег Понежиться, вздохнуть от жирного обеда. Вот близкого его соседа, Мышонка, запахом пирушки привлекло. Меж мхов и кочек он тихохонько подкрался, Схватил кусок мясца – и с ним скорей убрался К себе домой, в дупло. Увидя похищенье, Волк мой По лесу поднял вой; кричит он: «Караул! Разбой! Держите вора! Разоренье. Расхитили моё именье!» Такое ж в городе я видел приключенье: У Климыча-судьи часишки вор стянул, И но кричит на вора: караул!
Охотно мы дарим, что нам не надобно самим. Мы этой басней поясним, за тем что истина сноснее вполоткрыта. Лиса курятинки накушавшись до сыта И добрый ворошок припрятавши в запас, Под стогом прилегла вздремнуть в вечерний час. Глядит, а в гости к ней голодный Волк тащится. «Что, кумушка, беды! – он говорит.- Ни косточкой не мог нигде я поживиться; Меня так голод и морит; собаки злы, пастух не спит, Пришло хоть удивляться!» - «Неужели?» - «Право так». «Бедняжка куманек! Да не изволишь ли сенца? Вот целый стог: Я куму услужить готова». А куму не сенца, хотелось бы мяснова- Да про запас Лиса ни слова. И серый рыцарь мой, обласкан по уши кумой, пошел без ужина домой.
Волк из лесу в деревню забежал, не в гости, но живот спасая; За шкуру он свою дрожал: охотники за ним гнались и гончих стая. Он рад бы в первые тут шмыгнуть ворота, да то лишь горе, Что все ворота на запоре. Вот видит Волк мой на заборе Кота И молчит:» Васенька, мой друг! Скажи скорее, кто здесь из мужиков добрее, Чтобы укрыть меня от злых моих врагов? Ты слышишь лай собак и страшный звук рогов! Все это за мной».-«Проси скорей Степана; мужик предобрый он»,- -Кот-Васька говорит. «То так; да у него я ободрал барана».- -«Ну, попытайся ж у Демьяна».-«Боюсь, что на меня и он сердит: я у него унес козленка». «Беги ж, вон там живет Трофим».-«К Трофиму? Нет, боюсь и встретится я с ним: Он на меня с весны грозится за ягненка!»-«Ну плохо ж!- Но авось тебя укроет Клим!»- -«Ох Вася, у него зарезал я теленка!»-«Что вижу, кум! Ты всем в деревне насолил,- -Сказал тут Васька Волку, -какую ж ты себе защиту здесь сулил? Нет, в наших мужиках не столько мало толку, Чтоб на свою беду тебя спасли они. И правы,- сам себя вини: что ты посеял-то и жни».
« Прощай, соседка! – Волк Кукушке говорил, - Напрасно я себя покоем здесь манил! Всё те ж у вас и люди и собаки: Один другого злей; и хоть ты ангел будь, Так не минуешь с ними драки.- << А далеко ль соседу путь? И где такой народ благочестивой, С которым думаешь ты жить в ладу?»- « О, я прямёхонько иду в леса Аркадии счастливой. Соседка, то-то сторона! Там, говорят, не знают что война; Как агнцы, кротки человеки, и молоком текут там реки; Ну, словом, царствуют златые времена! Как братья, все друг с другом поступают, и даже говорят, собаки там не лают, Не только не кусают.
Среди людей затерялись голодные волки. Не нужно им в стаю, они и в ней одиноки. Разинута пасть, а в плоти взрывные осколки. Они воют от боли, а звуки утекают в водостоки. А люди в беззвучном крике видят оскал, А если нет, то принимают их за людей. И приглашают волков на костюмированный бал, И было б справедливо пожалеть одних детей, Но волки гниль и падаль есть не станут, Они в ней извалялись будучи щенками. И незаметней всех их жизни в лету канут, Единожды приласканные, человечьими руками. И каждый откровенен лишь перед собой, Он воет: Я адекватен, я хочу домой!
Что волки жадны, всякий знает: Волк, евши, никогда Костей не разбирает. За то на одного из них пришла беда: Он костью чуть не подавился. Не может волк ни охнуть, ни вздохнуть; Пришло хоть ноги протянуть! По счастью, близко тут Журавль случился. Вот кой-кай знаками стал волк его манить И просит горю пособить. Журавль свой нос по шею Засунул к Волку в пасть и с трудностью большою Кость вытащил и стал за труд просить. "Ты шутишь! - зверь вскричал коварный. - Тебе за труд? Ах, ты не благодарный! А это ничего, что свой ты долгий нос И с глупой головой из горла цел унес! Поди ж, приятель, убирайся, Да берегись: вперед ты мне не попадайся".
Волк ночью, думая залезть в овчарню, Попал на псарню. Поднялся вдруг весь псарный двор – Почуя серого так близко забияку, Псы залились в хлевах и рвутся вон на драку. Псари кричат: «Ахти, ребята, вор!» - И вмиг ворона на запор; В минуту псарне стала адом.
